29.06.2012. | Автор:

Район Замбези. Женщины сооружают хижину

Рисунок середины XIX в.

Во время нашего пребывания в Шешеке был такой случай. Крокодил убил вола; один человек нашел тушу и взял себе мясо. Когда владелец быка узнал об этом, он потребовал, чтобы взявший мясо явился к вождю, так как он хочет принести на него жалобу. Однако преступник предпочел покончить дело миром, отдав хозяину убитого быка своего собственного – только бы не являться к вождю. Один старшина из окрестностей Линьянти явился с жалобой, что весь его народ разбежался из-за «голода». Секелету ответил: «Нечего тебе оставаться и тощать одному, некоторые из них должны вернуться к тебе». Таким образом, старшина получил приказ, который обязывал разбежавшихся людей вернуться к нему. Часто целые семьи покидают своего старшину и бегут в другую деревню; иногда ночью исчезает население целой деревни, оставляя старшину в одиночестве. Секелету редко вмешивается в выбор старшин, предоставляя в этом отношении своим подданным полную свободу. Поскольку население большею частью покидает старшину по его собственной вине, для него является достаточным наказанием, если он остается один.

Явное нарушение приказа вождя карается смертью. Одному человеку из племени мошубиа было приказано нарезать тростнику для Секелету; вместо этого он сбежал и два дня скрывался. За это он был осужден на смерть. Его отвезли в каноэ на середину реки, задушили и бросили в воду. Зрители посылали по адресу палачей негодующие крики и кричали им, что и их скоро так же вывезут на середину реки и задушат. Иногда, когда кому-нибудь поручают избить провинившегося, он идет к последнему, говорит, зачем пришел, а потом возвращается и уверяет вождя, что избил того чуть не до смерти. После этого провинившийся старается в течение некоторого времени не попадаться на глаза, и все забывается.

Река здесь кишит чудовищными крокодилами. Часто эти ужасные пресмыкающиеся утаскивают женщин, когда те приходят за водой.

Мы встретили почтенного воина, – вероятно, единственного оставшегося в живых ветерана из войска Мантати, который угрожал вторжением в колонию в 1824 г. Он сохранил живое воспоминание о своем столкновении с гриквами: «Когда мы смотрели на людей и лошадей, появились клубы дыма, и некоторые из нас упали мертвыми. Никогда раньше не приходилось мне видеть ничего подобного: чтобы мозг человека лежал в одном месте, а его тело – в другом!» Они не могли понять, что их убивало: пуля ударяла в щит под углом и разбивала державшему его плечевой сустав; в то же время, оставляя на щите след (или ожог, как он выразился), она убивала рядом стоящего человека. Себитуане присутствовал при этом бое; после этого у него создалось на всю жизнь высокое мнение о могуществе белых людей.

Древний костюм макололо состоял из набедренных повязок, сделанных из шкурок ягнят, козлят, шакалов, оцелотов или каких-нибудь других мелких животных. В холодное время года на плечи набрасывались кароссы, или пелерины, сделанные также из шкур. Теперь кароссы больше не носят; молодые модники носят короткие куртки и шкуры вокруг бедер; ни брюк, ни рубашек, ни жилетов они не надевают.

Племена, живущие на берегах рек или озер, в общем очень чистоплотны; купаются по нескольку раз в день. Женщины макололо расходуют воду на свой туалет весьма экономно; вместо этого они натираются растопленным маслом; это предохраняет их от паразитов, но их одежда приобретает несколько едкий запах. Одна стадия цивилизации часто по необходимости приводит человека к следующей, – наличие одежды создаст спрос на мыло; дайте человеку иглу, и он скоро вернется к вам за ниткой.

Население было в трауре по случаю болезни вождя. Мужчины не занимались своей наружностью, не стригли волос, не устраивали веселых плясок, не ходили со своими щитами и копьями.

Во время нашего пребывания в городе жена Питсане была занята постройкой большой хижины. Она сказала нам, что мужчины совершенно этим не занимаются, предоставив все строительные работы женщинам и слугам. Жилища строятся здесь следующим образом. Возводится круглая башня из жердей и тростника 9—20 футов высоты, затем штукатурится. Потом делают пол из мягкого туфа или муравьиных построек, смешанных с коровьим пометом. Этот вид штукатурки мешает ядовитым насекомым тампанам (укус которых вызывает болезненные язвы, а у некоторых и лихорадку) гнездиться в трещинах стен или пола. Крышу, диаметр которой значительно больше, чем диаметр башни, делают на земле и с помощью большого количества людей поднимают, водружают на башню и затем покрывают травой. Потом делается тростниковая оштукатуренная стенка вокруг всей хижины; внешний край крыши немного выступает за нее. Между этой стенкой и стеной башни вокруг всей хижины образуется пространство в 3 фута шириной. Именно здесь мы и спали, а не в башне, так как внутренняя дверь хижины, в которой мы жили, была очень мала, в нее было трудно пролезать: она имела высоту всего 19 дюймов и ширину – внизу 22 дюйма, на расстоянии фута от пола – 17 дюймов и 12 дюймов наверху. Хижина и вентилируется и освещается только через эту маленькую дверку. Дама-строительница объяснила нам, почему делаются такие маленькие двери: оказывается, чтобы в хижину не забирались мыши!

Оставьте комментарий » Log in