28.06.2012. | Автор:

На нескольких покрытых снегом участках я нашел Protococcus niv-alis — красный снег, так хорошо известный по описаниям аркти ческих мореплавателей. Я обратил на него внимание, глядя на оставляемые мулами следы бледно-красного цвета, как будто копыта их были слегка окровавлены. Сначала я подумал было, что причиной тому пыль, приносимая с окрестных гор из красного порфира, так как вследствие увеличения, производимого кристаллами снега, группы этих микроскопических растений казались довольно крупными частицами. Снег окрашивался только там, где очень быстро таял или был случайно помят. Слегка потертая им бумага приобретала розоватый оттенок с легкой примесью кирпично-красного. Впоследствии я немножко поскоблил эту бумагу и увидел, что налет состоит из групп маленьких шариков в бесцветных оболочках, каждый в 0,001 дюйма в диаметре.

Ветер на гребне хребта Пеукенес, как только что было замечено, обычно порывистый и очень холодный; говорят, что он постоянно [дует с запада, т. е. со стороны Тихого океана. Так как наблюдения производились преимущественно летом, то надо полагать, что ветер этот есть не что иное, как верхнее обратное течение. В такое же верхнее обратное течение попадает и не столь высокий Тенерифский пик, лежащий под 28° широты. На первый взгляд кажется несколько удивительным, что пассат, дующий вдоль северных областей Чили и берегов Перу, так сильно отклоняется прямо на север; но, учитывая, что Кордильеры, протянувшиеся с севера на юг, точно огромная стена, преграждают путь нижнему воздушному течению во всей его толще, мы без труда увидим, что пассат, следуя вдоль горной цепи к экваториальным областям, должен отклоняться к северу и таким образом теряет часть того движения на восток, которое он получил бы в противном случае вследствие вращения земли. Говорят, что в Мендосе, у восточных подножий Анд, бывают долгие затишья и часто собираются грозовые тучи, которые, однако, никогда не разражаются грозами: можно представить себе, что ветер, приходя с востока, задерживается горной цепью, стихает и теряет правильный характер своего движения.

Перевалив через Пеукенес, мы спустились в горную страну, лежащую между двумя главными хребтами, и тут расположились на ючлег. Мы находились теперь в республике Мендоса. Высота местности была, вероятно, не ниже 11 000 футов, и потому растительность была крайне бедна. Топливом нам служил корень какого-то мелкого кустарника, но костер из него получился жалкий, а ветер между тем был пронизывающе холоден. Я так устал за день, что как можно скорее устроил себе постель и улегся спать. Около полуночи я заметил, что небо вдруг затянуло тучами; я разбудил аррьеро. чтобы узнать, не грозит ли нам непогода, но он отвечал, что если нет грома и молнии, то сильной метели опасаться нечего. Застигнутому непогодой между этими двумя хребтами угрожает серьезная опасность, ибо спастись тогда в укрытие уже очень трудно. Убежище можно найти только в одной пещере, в которой был на некоторое время задержан сильным снегопадом м-р Колдклью, переходивший горы в тот же день и в тот же месяц в году, что и я. На этом перевале не выстроены такие касучи (убежища), как на перевале Успальята, а потому осенью мало кто заходит на Портильо. Могу здесь заметить, что между главными хребтами Кордильер никогда не идет дождь: летом небо безоблачно, а зимой бывают только снежные метели.

В том месте, где мы ночевали, вода, как и следовало ожидать, вследствие пониженного атмосферного давления кипела при температуре более низкой, чем в местах, лежащих не так высоко, — явление, обратное тому, какое происходит в папиновом котле5. По этой причине картофель, находившийся несколько часов в кипящей воде, остался почти таким же твердым. Котелок простоял на огне всю ночь, на следующее утро снова кипел, и все-таки картофель не сварился. Я узнал об этом, подслушав разговор двух моих спутников; они рассудили просто — что «проклятый котелок (а он был новый) не желает варить картофель».

22 марта. — Позавтракав без картофеля, мы поехали по лежащей между хребтами местности к подножию хребта Портильо. В середине лета сюда сгоняют пастись скот, но теперь он уже весь был уведен; даже большая часть гуанако бежала отсюда, хорошо зная, что если их застигнет здесь метель», то они окажутся в ловушке. Перед нами открылся прекрасный вид на горный массив, называемый Тупунгато, весь одетый нетронутым снежным покровом, посредине которого виднелось голубое пятно, без сомнения, ледник — явление, редкое в этих горах. Начался трудный и долгий подъем, почти такой же, как на Пеукенес. Справа и слева поднимались крутые конические холмы из красного гранита; в долинах было несколько широких полей вечного снега. Эти мерзлые массивы в процессе таяния в некоторых местах превратились в столбы, или колонны, которые там, где они были высоки и стояли близко друг к другу, затрудняли передвижение навьюченных мулов. Одна из этих ледяных колонн служила как бы пьедесталом для замерзшей лошади; задние ноги ее были вскинуты прямо вверх. Животное, должно быть, упало головой вниз в яму, когда все кругом было занесено снегом, а впоследствии снег вокруг него растаял.

Оставьте комментарий » Log in